Тестологические теории интеллекта

Таким образом, мы имеем психологическую цепочку, состоящую из шести «шагов»: возникшая  потребность (1) — деньги (2) — занять (3) — у знакомого (4) — у конкретного  приятеля (5) — сию минуту (6). Если реализуется вся цепочка сразу, то это свидетельствует о фактическом отсутствии интеллектуальной регуляции. Если побуждение блокируется между 6 и 5 шагом, то это говорит о минимальном включении интеллекта, если между 5 и 4 — интеллект включается чуть в большей степени. Наконец, в полной мере интеллект обнаруживает себя на шаге 3 и 2. Наиболее же очевидно интеллект проявляет себя на шаге 1, поскольку при этом острое и неотложное побуждение может быть осознано в более абстрактной форме, в результате чего исходная потребность будет нейтрализована либо существенно трансформирована.

Итак, интеллектуальное (разумное) поведение предполагает: возможность задерживать побуждения на разных стадиях подготовки поведенческого акта; возможность думать в разных направлениях, осуществляя мысленно выбор среди множества более или менее подходящих вариантов адаптивного поведения; возможность осмысливать ситуацию и собственные побуждения на обобщенном уровне на основе подключения понятийного мышления. Интеллект, следовательно, — это «...способность к абстракции, которая по своей сути является тормозящим процессом» [1924, р. 159].

Учитывая регулирующую природу интеллекта, Терстоун высказал предположение, что «...высшей возможной  формой интеллекта является форма, в  которой альтернативой выступает  не что иное как аффективное состояние».

3.7.2. Интеллект как ментальное самоуправление

По мнению Р. Стернберга, проблема интеллекта должна решаться в контексте более широкой  проблемы, а именно: как субъект  управляет собой. Соответственно следует  искать ответ одновременно на три вопроса: каково отношение интеллекта к внутреннему миру; каково отношение интеллекта к внешнему миру; каково отношение интеллекта к опыту человека. Эти вопросы и легли в основу триархической теории интеллекта, в рамках которой интеллект определялся как форма ментального самоуправления и которая включала три (в соответствии с тремя вышесформулированными вопросами) взаимосвязанные субтеории: компонентов, контекста и опыта [Sternberg, 1985; 1986; 1988].

Субтеория компонентов рассматривает внутреннюю деятельность ментального самоуправления как некоторую систему элементарных информационных процессов (Стернберг назвал их компонентами), отвечающих за текущую переработку информации в ходе ее получения, преобразования, хранения и использования. К числу таких компонентов относятся: метакомпоненты — процессы регуляции интеллектуальной деятельности, предполагающие планирование, прослеживание хода решения, сознательное распределение внимания, организацию обратной связи и т.д.; компоненты исполнения — процессы преобразования информации и процессы формирования ответной реакции (связывание, дополнение, сравнение, селекция, группирование и т.д.); компоненты усвоения и использования знаний (пути приобретения знаний, начиная с подражания и заканчивая инсайтом, их дифференциация в условиях хранения, оперативность применения в нужный момент и т.д.).

Субтеория контекста позволяет проанализировать внешние проявления ментального самоуправления, которые характеризуют функции интеллекта в его отношении к естественной среде: адаптацию к существующему окружению; выстраивание избирательного отношения к происходящему; структурирование (придание формы) окружению с тем, чтобы иметь возможность его изменять. Учет внешнего контекста, в котором проявляет себя интеллект, позволяет говорить о роли социокультурных стандартов в оценке интеллектуального поведения, вневербальной культурной информации как основы социального и практического интеллекта и т.п.

Субтеория опыта описывает возможности интеллекта на шкале новизна—стереотипность. В частности, выделяются два вида способностей субъекта: способность справляться с новой ситуацией и способность действовать быстро, без усилий на основе автоматизированных когнитивных навыков в стандартных, повторяющихся ситуациях.

Стернберг подчеркивал, что понятие ментального самоуправления акцентирует внимание на возможности различных альтернативных способов организации интеллектуальной активности человека и относится не столько к интеллекту как таковому, сколько к тому, как люди используют свой интеллект.

3.8. Онтологический  подход

Анализ положения  дел в области психологии интеллекта позволяет высказать предположение  о том, что составить представление о природе интеллекта на уровне анализа его свойств (результативных и функциональных) в принципе невозможно. Свойства интеллекта, проявляющиеся в тех или иных конкретных ситуациях, сами должны быть объяснены с точки зрения особенностей устройства порождающей их психической реальности.

В рамках этого  подхода вся совокупность познавательных процессов, образующих состав интеллекта, рассматривается как иерархия разноуровневых когнитивных структур, которые на основе когнитивного синтеза «снизу» и «сверху» образуют единую структуру человеческого интеллекта.

Центральную роль в становлении интеллекта играют понятийные структуры. Ибо понятийные структуры (концепты), включая в себя все нижележащие уровни когнитивных  структур, выступают в качестве «формы интегральной работы интеллекта», а сам концепт выступает как «интеллектообразующая интегративная единица».

Таким образом, возникает необходимость в переформулировке вопроса о природе интеллекта. Отвечать нужно не на вопрос «Что такое  интеллект?» (с последующим перечислением его свойств), а на вопрос «Что представляет собой интеллект как психический носитель своих свойств?» В качестве психического носителя свойств интеллекта рассматривается индивидуальный ментальный (умственный) опыт [Холодная, 2002].

По своему назначению интеллект — это общая познавательная способность, которая проявляется, во-первых, в том, как человек воспринимает, понимает и объясняет происходящее и, во-вторых, в том, какие решения  он принимает и насколько эффективно действует в той или иной ситуации. По своему онтологическому статусу интеллект — это особая форма организации индивидуального ментального опыта в виде наличных ментальных структур, порождаемого ими ментального пространства отражения и строящихся в рамках этого пространства ментальных репрезентаций происходящего. Свойства интеллектуальной деятельности (как измеряемые с помощью психодиагностических методик, так и проявляющиеся в условиях реальной жизнедеятельности) производны по отношению к особенностям состава и строения ментального опыта субъекта.

Ментальные  структуры — это относительно стабильные психические образования, которые в условиях познавательного контакта субъекта с действительностью обеспечивают возможность поступления информации о происходящих событиях и ее преобразование, управление процессами переработки информации и избирательность интеллектуального отражения.

Ментальное  пространство — это субъективный диапазон отражения, в рамках которого возможны разного рода мысленные перемещения. Ментальное пространство представляет собой динамическую форму ментального опыта, поскольку оно, во-первых, развертывается наличными ментальными структурами в условиях актуального интеллектуального взаимодействия субъекта с миром и, во-вторых, обладает способностью к одномоментному изменению своей топологии и метрики под влиянием субъективных и объективных факторов (аффективного состояния человека, появления дополнительной информации, эффектов «кристаллизации опыта» и т.п.).

Одним из косвенных  доказательств существования ментального пространства является описанная Я.А. Пономаревым способность действовать «в уме» (или «внутренний план действий»).

Ментальная  репрезентация — это актуальный умственный образ того или иного конкретного события, т.е. субъективная форма видения происходящего. Репрезентация рассматривается как инструмент приложения знаний к определенному частному аспекту действительности. Таким образом, ментальная репрезентация — это конструкция, зависящая от обстоятельств и построенная в конкретных условиях для специфических целей [Ришар, 1998]. Ментальные репрезентации являются оперативной формой ментального опыта, они изменяются по мере изменения ситуации и интеллектуальных усилий субъекта, являясь специализированной и детализированной умственной картиной события.

Психической основой ментального опыта являются ментальные структуры. В рамках анализа ментальных структур можно выделить три уровня (или слоя) опыта, каждый из которых имеет свое назначение.

1. Когнитивный опыт — это ментальные структуры, которые обеспечивают восприятие, хранение и упорядочивание информации, способствуя тем самым воспроизведению в психике познающего субъекта устойчивых (закономерных) аспектов его окружения. Их основное назначение — оперативная переработка текущей информации об актуальном воздействии на разных уровнях интеллектуального отражения. Когнитивный опыт представлен такими ментальными структурами, как архетипинеские структуры, способы кодирования информации, когнитивные схемы, семантические структуры и, наконец, понятийные структуры как результат интеграции вышеуказанных базовых механизмов переработки информации.

2. Метакогнитивный опыт — это ментальные структуры, отвечающие за непроизвольную и произвольную саморегуляцию процесса переработки информации. Их основное назначение — контроль за состоянием индивидуальных интеллектуальных ресурсов, а также коррекция хода интеллектуальной деятельности. Метакогнитивный опыт представлен такими ментальными структурами, как непроизвольный интеллектуальный контроль, произвольный интеллектуальный контроль, метакогнитивная осведомленность, открытая познавательная позиция.

3. Интенциональный опыт — это ментальные структуры, которые лежат в основе индивидуальной избирательности интеллектуальной активности.

Их основное назначение — участие в формировании субъективных критериев выбора определенной предметной области, направления поиска решения, предпочтения источника получения и формы переработки информации и т.д. Интенциональный опыт представлен такими ментальными структурами, как предпочтения, убеждения и умонастроения.

В свою очередь, особенности организации когнитивного, метакогнитивного и интенционального опыта предопределяют свойства индивидуального  интеллекта на уровне как продуктивности интеллектуальной деятельности (в виде интеллектуальных способностей), так и индивидуального своеобразия склада ума (в виде индивидуальных познавательных стилей) [Холодная, 2001].

РЕЗЮМЕ

Таким образом, из всего вышеизложенного видно, что в рамках тесто-логических и  экспериментально-психологических  направлений исследования интеллекта накоплен огромный фактический материал, представлены различные теоретические взгляды на природу интеллекта. Нельзя не заметить, что эти направления формировались и развивались в режиме преемственности и дополнительности по отношению друг к другу. Так, некоторые экспериментально-психологические подходы возникли в качестве реакции на противоречия тестологических теорий интеллекта либо в качестве попытки объяснить индивидуальные различия в результатах тестового исполнения. В свою очередь, среди экспериментально-психологических теорий интеллекта существуют взаимопересечения и взаимовлияния. Например, в культурно-исторической теории Л.С. Выготского природа мышления (интеллекта) рассматривается с позиций генетического подхода. Сторонники образовательного подхода, отмечая роль обучения в развитии интеллекта, тем самым выводят на первый план проблему культурных факторов интеллектуального развития. Теория ментального самоуправления Р. Стернберга сформировалась на основе учета фактов, полученных в информационных и социокультурных исследованиях интеллекта. Онтологический подход имеет пересечения с феноменологическим и регуляционным подходами и т.д.

Данное обстоятельство позволяет надеяться, что будущие  психологические исследования позволят сократить количество теорий интеллекта за счет интеграции существующих подходов и дальнейшего углубления наших представлений о природе этого уникального человеческого качества.

Литература

1. Айзенк Г.Ю. Интеллект: новый взгляд// Вопросы психологии, 1995. № 1. С. 111—131.
2. Ананьев Б.Г. Развитие психофизиологических функций взрослых людей / Под ред. Е.И.Степановой. М.: Педагогика, 1972.
3. Ананьев Б.Г. Развитие психофизиологических функций взрослых людей (средняя взрослость) / Под ред. Е.И.Степановой. М.: Педагогика, 1977.
4. Ананьев Б.Г. О проблемах современного человекознания. М.: Наука, 1977.
5. Анастази А. Психологическое тестирование. Кн. 1, 2. М.: Педагогика, 1982.
6. Бине А. Измерение умственных способностей. СПб.: Союз, 1998.
7. Берулава Г.А. Психодиагностика умственного развития учащихся. Новосибирск: Изд-во НГПИ, 1990.
8. Брушлинский А.В. Субъект: Мышление, учение, воображение. М.—Воронеж: НПО «Модэк», 1996.
9. Веккер Л.М. Психические процессы. Мышление и интеллект. Т.2. Л.: Изд-во ЛГУ, 1976.
10. Веккер Л.М. Психика и реальность. Единая теория психических процессов. М.: Смысл, 1998.
11. Величковский Б.М., Капица М.С. Психологические проблемы изучения интеллекта // Интеллектуальные процессы и их моделирование / Под ред. Е.П. Велихова. М.: Наука, 1987. С. 120—141.
12. Диагностика умственного развития дошкольников / Под ред. Л.А. Венгера. М.: Педагогика, 1978.
13. Вертгеймер М. Психология продуктивного мышления. М.: Прогресс, 1987.
14. Выготский Л. С. Мышление и речь // Собрание сочинений. Т:2. М.: Педагогика, 1982. С. 5-361.
15. Гилфорд Дж. Структурная модель интеллекта // Психология мышления / Под ред. A.M. Матюшкина. М.: Прогресс, 1965.
16. Гуревич К.М. Тесты интеллекта в психологии // Вопросы психологии. 1980. № 2. С. 53-64.
17. Психологическая диагностика. Проблемы и исследования / Под ред. К.М. Гуревича. М.: Педагогика, 1981.
18. Дружинин В.Н. Интеллект и продуктивность деятельности: модель «интеллектуального диапазона // Психологический журнал. 1998. Т. 19. № 2. С. 61—70.
19. Дружинин В.Н. Психология общих способностей. СПб.: Питер, 1999.
20. Калмыкова З.И. Продуктивное мышление как основа обучаемости. М.: Педагогика, 1981.
21. Келер В.Л. Некоторые задачи гештальтпсихологии // Хрестоматия по истории психологии / Под ред. П.Я.Гальперина, А.Н. Ждан. М.: МГУ, 1980. С. 102—120.
22. Леви-Брюль Л. Сверхъестественное в первобытном мышлении. М.: Педагогика-пресс, 1994.
23. Леви-Стросс К. Первобытное мышление. М.: Республика, 1994.
24. Леонтьев А.Н. Проблема развития психики. М.: Изд. АПН РСФСР, 1950.
25. ЛурияА.Р. Об историческом развитии познавательных процессов. М.: Наука, 1974.
26. Маккоби М., Модиано Н. О культуре общества и понимании эквивалентности // Исследование развития познавательной деятельности / Под ред. Дж. Брунера. М.: Педагогика, 1971.
27. Пиаже Ж. Психология интеллекта // Избр. психологические труды. М.: Просвещение, 1969.
28. Подгорецкая Н.А. Изучение приемов логического мышления у взрослых. М.: МГУ, 1980.
29. Пономарев Я.А. Методологическое введение в психологию. М.: Наука, 1983.
30. Рубинштейн С.Л. Проблемы общей психологии. М.: Педагогика, 1973. Структура интеллекта взрослых/ Под ред. Е.И. Степановой. М.: НИИ ООВ, 1979.
31. «Искусственный интеллект» и психология / Под ред. O.K. Тихомирова и др. М.: Наука, 1976.
32. Ришар Ж.Фр. Ментальная активность. Понимание, рассуждение, нахождение решений. М.: ИП РАН, 1998.
33. Тихомиров O.K. Структура мыслительной деятельности человека. М.: МГУ, 1969. Тихомиров O.K. Психология мышления. М.: МГУ, 1984.
34. Тульвисте П. Культурно-историческое развитие вербального мышления (Психологическое исследование).Таллинн: Валгус, 1998.
35. Флейвелл Дж. Генетическая психология Жана Пиаже. М.: Просвещение, 1967.
36. Холодная М.А. Психология интеллекта: парадоксы исследования. СПб.: Питер, 2002.