Общее понятие правотворчества, его виды и принципы

• однородные нормы должны выделяться, излагаться компактно, без разброса в разных частях нормативного акта;

• в  крупных нормативных актах должны обособляться в главы, разделы, части; каждая глава, раздел, часть должны иметь название. Например, УК РФ подразделен на Общую и Особенную части, 12 разделов, 34 главы.

Каждая глава нормативного акта состоит из статей, которые в свою очередь могут подразделяться на части (пункты, параграфы); нумерация  статей должна быть сплошной, т.е. одна нумерация должна идти через все  разделы, части и главы.  Нумерация  статей должна быть постоянной, стабильной. В случае внесения дополнений в нормативный  акт эти дополнения или вносятся в виде части уже существующей статьи, или вводится новая статья, которая помещается в соответствующей  главе, ей присваивается номер уже  существующей статьи, но с обозначением ее цифрой, которая ставится рядом  с номером статьи. Например, в  УК РСФСР 1970 г.  имелись три статьи под номером 198, одна из них обозначалась цифрой 1 – 198 (читается “статья 198-прим”), другая – цифрой 2 – 198 (читается “статья 198 – два”).

2. Правила и приемы изложения норм права (язык нормативных актов). Общее правило изложения норм права состоит в том, что их следует излагать кратко, четко и определенно. За многословием может потеряться основной смысл нормы. Многословие, расплывчатость могут дать повод различному толкованию норм права, препятствовать их единообразному применению. Краткость и определенность формулирования достигаются с помощью различных приемов изложения норм права, использования специальных терминов, стандартных языковых оборотов.

Отсюда существуют следующие  требования к языку нормативных  актов:

• формулировки норм права должны обладать определенной стандартностью, стереотипностью, грамматическим единообразием;
• терминология нормативных актов должна быть единой. Для этого необходимо один и тот же термин, слово в нормативном акте употреблять в одном и том же значении; одно и то же понятие (явление, предмет) обозначать одним и тем же термином.

Для достижения точности и  определенности терминов, их единообразного понимания могут использоваться легальные дефиниции (дефинитивные нормы), в которых даётся определение  термина, его разъяснение, обязательное для адресатов нормативного акта. Это легальное определение может  иногда существенно расходится с  обыденным или даже научным определением. Формализация понятий привносит  в правовое регулирование большую  точность и определенность;

• в нормативном акте должны использоваться общепризнанные в науке и практике термины. Терминологическое новаторство здесь неуместно, ибо может внести разнобой при токовании и применении норм права. Следовательно, терминология должна быть устойчивой. При специальных нормативных актов (в области санитарии, медицины, ветеринарии, техники безопасности и т.д.) могут использоваться специальные термины. Эти термины должны употребляться в общепризнанном значении для соответствующей отрасли знаний и сферы деятельности;
• следует избегать употребления иностранных слов, неологизмов, архаизмов, метафорических выражений, афоризмов и т.п., нечетких, двусмысленных, многозначных выражений. Достоинством языка права являются четкость, краткость, определенность, стереотипность, единообразие, доступность для понимания.

Достижению указанных  свойств текстов нормативных  актов способствуют разные способы (приемы) изложения норм права. Они  отличаются по разным признакам.

Во-первых, по форме предложения, в котором выражена норма. Норма  права может быть сформулирована в виде нормативного или повествовательного (утвердительного или отрицательного) предложения. С логико-языковой точки  зрения норма есть высказывание о  должном или возможном поведении  её адресатов. В нормативном высказывании всегда наличествуют нормативные термины, “запрещено”, “обязан”, “имеет право” и т.п.

Во многих случаях норма  и формулируется в виде нормативного предложения с использованием указанных  и им подобных терминов. Например, “продавец  вправе”, “должник обязан”, “суд имеет  право”, “следователь обязан” и  т.п. Но довольно часто норма оформляется  в виде повествовательного предложения  без использования нормативных  терминов. Это имеет место, например, в случаях, когда описываемое  действие является одновременно и правом, и обязанностью субъектов. Например, ч. 1 ст. 59 АПК РФ изложена так “Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению”. Более  точно это можно изложить с  использованием нормативных терминов: “Арбитражный суд вправе и обязан оценивать доказательства” и  т.д.

Во-вторых, по степени обобщенности, абстрактности изложения можно  выделить абстрактный и казуистический способы изложения. Обобщенный способ изложения сводится к обобщению  многих действий к одному., более  общему, или абстрактному, понятию  без детального описания, без детального перечисления обстоятельств. При  казуистическом способе изложения обстоятельства детально (казуистически) перечисляются. Например, детально перечислены в  УК РФ и КоАП РСФСР обстоятельства, смягчающие и отягчающие ответственность. Каждый из способов имеет свои достоинства  и недостатки. С помощью первого  способа достигается краткость, с помощью второго – точность, конкретность изложения.

В-третьих, по степени полноты  изложения нормы выделяются прямой, ссылочный, бланкетный способы. При  прямом способе все элементы, всё  содержание нормы изложены в одной  статье. При ссылочном способе  вместо первой (гипотезы) или второй части (диспозиции, санкции) сформулирована отсылка к другой статье данного  или другого, конкретно указанного, нормативного акта. Бланкетный способ (от франц. “бланк” – чистый, белый) состоит в том, что дается отсылка  к определенному роду, виду каких-либо правил. Например, “нарушение правил пожарной безопасности” (ст. 219 УК РФ). Сами правила  в этом случае многочисленны, могут  изменяться, а бланкетная норма остаться неизменной. С помощью двух последних  способов достигается краткость, законодательная  экономия. К числу средств юридической  техники следует отнести также  фикции, презумпции, юридические конструкции.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

2.4) Правотворческая  деятельность российских судов

 

В России, согласно Конституции[23], правотворческая деятельность осуществляется высшими (на уровне федерации и ее субъектов) и местными органами государственной власти и управления; непосредственно самим народом, путем проведения референдума как «высшего непосредственного выражения власти народа»; субъектами федерации – республиками, краями и областями, городами федерального значения – Москвой и Санкт-Петербургом, автономной областью и автономными округами путем заключения между ними договоров, содержащих общеобязательные положения и веления.

В законодательстве РФ не содержится норм, которые предписывали бы российским судам осуществлять правотворческую деятельность, т.е. предоставляли бы им право создавать правовые нормы, обязательные для применения. Исключение составляют лишь случаи:

-Когда сам законодатель  предписывает суду давать толкование  таким понятиям, которые в праве  получили наименование “каучуковых  норм, например, понятия «добросовестности», «разумности» и «справедливости», «общие начала и смысл гражданского законодательства» (ст. 6 ГК РФ);

-Неясность и противоречивость  законодательных актов;

-Иные случаи, предписываемые  законом (например, о задачах Конституционного  Суда РФ).

Однако на практике дело обстоит совсем иначе, и два высших судебных органа Российской Федерации - Верховный Суд РФ и Высший Арбитражный Суд РФ - не только занимаются толкованием законов, что они вправе делать, но и создают новые правовые нормы, обязательные для применения нижестоящими судами, в том числе дополняют и изменяют в ряде случаев законодательные нормы ГК РФ.

«Нигде — ни в одном законе — не сказано, что решение одного суда обязательно для другого. Более того, в Конституции РФ закреплен принцип, согласно которому суд подчиняется только закону. Если суд будет подчиняться решению другого суда, то тем самым он отступит от принципа подчинения только закону. Но это совершенно не затрагивает вопроса о том, какое реальное значение имеют решения высших судов для других судов, входящих в соответствующую судебную систему, будь это арбитражные суды или суды общей юрисдикции. Если Высший Арбитражный Суд принимает решение по какому-то делу, тем самым, объясняя, как нужно применять определенный закон, все другие арбитражные суды должны понимать, что если они будут иначе применять этот закон, то это грозит отменой их решений Высшим Арбитражным Судом по жалобам заинтересованных сторон»-   комментирует заместитель председателя Конституционного Суда РФ Т.Г. Морщакова,.

Для подтверждения сказанного приведем пример из юридической действительности. Совсем недавно в теории и практике существовал спор вокруг нежилых помещений. Спор заключался в том, что новый ГК в главе, посвященной зданиям, сооружениям ни слова не упоминал про нежилые помещения. Кто-то из авторов утверждал, что понятие нежилое помещение и здания (сооружения) равнозначны, кто-то, что это совершенно различные понятия. Действующее Российской законодательство не давало однозначного толкования, что вызывало еще больше противоречий. Таким образом, появился пробел в праве, который необходимо было устранить.

Точка в этом споре была поставлена в Информационном письме ВАС №53 в котором говориться, что «нежилое помещение является объектом недвижимости, отличным от здания или сооружения, в котором оно находится, но неразрывно с ним связанным, и то, что в Гражданском кодексе Российской Федерации отсутствуют какие-либо специальные нормы о... договорах аренды нежилых помещений», к таким договорам должны применяться правила ст. 650-655 ГК РФ аренды зданий и сооружений.

Особое место в правотворческой  деятельности в Российской Федерации  принадлежит Конституционному Суду. Согласно Конституции РФ он наряду с другими российскими судами входит в судебную систему РФ. Однако Конституционный Суд — это особый суд, наделенный Конституцией РФ и Федеральным конституционным законом “О Конституционном Суде Российской Федерации» особыми судебными полномочиями или особой судебной властью. Ему предоставлено право проверять конституционность законов и иных нормативных правовых актов. Акты или их отдельные положения, признанные Конституционным Судом РФ неконституционными, утрачивают силу, а международные договоры, не соответствующие Конституции РФ, не подлежат введению в действие и применению (ст. 125 Конституции РФ).

Это означает, что Конституционный  Суд РФ поставлен над законодательной властью и, конечно же, его решения представляют собой не что иное, как правотворческую деятельность, хотя и осуществляемую в особом порядке и в особых случаях.

Почему же суды занимаются правотворческой деятельностью? Причин тому несколько:

Во-первых, правосудие осуществляется в основном несменяемыми судьями, независимыми от государства и его административных органов. Судейский корпус рассматривает  себя не только как исполнителя воли законодателя, выраженной в законе, но и как создателя « правовых норм».

Во-вторых, ни один закон  ни прежде, ни в настоящее время  не мог и не может целиком и  полностью урегулировать многогранную жизнь людей в обществе: постоянно  возникают правовые проблемы, которые  законом не урегулированы. И здесь именно судебное правотворчество призвано решать такие вопросы, как неопределенность, пробелы и противоречия в законодательстве. Это достигается как толкованием законов, так и прямым правотворчеством — путем создания судами правовых норм.

Признавая создание судами правовых норм, в правовых доктринах  иностранных государств все же отмечается как преобладающее мнение, что  законы и иные нормативные акты являются высшими нормами права, а правовые нормы судов ставятся как бы на второе место, т.е. имеют второстепенное значение.

Но это с точки зрения теории, а на практике, как мы видели, правовые нормы судов имеют такую  же обязательную юридическую силу, как и законодательные акты, хотя они, как и законодательные акты, могут меняться, отменяться и изменяться самими судами, которые их приняли.

 

Заключение

 

В заключении данной курсовой работы можно подвести следующие  итоги:

Правотворчество в правовой сфере – государственная деятельность, завершающая процесс формирования права.

Правотворчество, которое  основано на определенных принципах  – одно из важных направлений любого государства. Оно всегда было, есть и всегда будет важнейшим средством  управления обществом и непосредственно  связано с типом государства, его формой, механизмом и функциями.

Уровень и культура правотворчества, а соответственно и качество принимаемых  нормативно-правовых актов, - это показатель цивилизованности и демократии общества. Посредством правотворчества нормы  естественного права облекаются в форму нормативно-правовых актов  и становятся положительным правом, т.е. правом, существующим в виде законодательства. Логическим завершением правотворчества, которое позволяет создать стройную, работающую систему законодательства является систематизация нормативно-правовых актов.